Почему аналитические суждения a priori существуют, а синтетичесие -- нет?
Аналитические истины устроены так. Если в языке L термин A определяется как (B^C^~D), то предложения "А есть В", "А естть С", "неверно, что А есть D" истинны для всех возможных миров. Тут могут, конечно, возникнуть проблемы, связанные с нечеткостью определений и т.п., но это касается исключительно естественных языков -- в искусственных формализованных языках все ч0тко :).
Синтетические же истины a priori устроены так. Если мы пользуемся языком L, мы должны признавать, что А есть E, А есть F и А не есть G, хотя А и определяется как (B^C^~D). Т.е. на этот раз утверждаются уже не дефиниции, а факты. При этом в качестве языка берется, как правило, именно естественный язык, и нам всячески указывается на то, что через этот язык мы перепрыгнуть не можем в принципе, а раз не можем, то следует признать, что А есть E, А есть F и А не есть G (ср. "Индивидуалии" Стросона).
То, что на самом деле тут делается -- так это из языка выуживаются затвердевшие в нем положения т.н. "фолк-психологии", "фолк-физики", "фолк-биологии" и проч. Есть хороший эксперимент (о нем пишет Патрисия Чёрчленд): собрали студентов ВУЗов и заставили их, пробегая над лункой, отпускать шарик для гольфа, чтобы он в эту самую лунку попал (какбэ бомбардировка). Так вот, оказалось, что нагруженные матаном перцы все равно в повседневной жизни юзают аристотелевскую физику: они, как правило, отпускали шарик
прямо над лункой, как будто никакого закона инерции в природе не существует и Ньютон напрасно головой яблоки ловил ).
Так вот, сторонники синтетических a priori утверждают, что если мы пользуемся языком L, мы должны признавать за истинное все то, что этим языком подразумевается. А подразумеваются им штуки вполне сродни тем, какими пользовались неудачливые студенты из эксперимента.
Проблема в том, что языки меняются -- в том числе и под воздействием науки. И если аналитическим истинам на это наплевать (то, что мы сейчас пользуемся языком L', не отменяет истинности положения "В L верно, что А есть В"), то синтетические положения a priori, пытающиеся из языка вытянуть факты (в лучших традициях онтологического доказательства известно-чего), после смены L на L' летят ко всем чертям.